Через тернии к звёздам

Надежда для души — то же, что дыхание для тела.

Габриэль Марсель

Её невозможно увидеть, только почувствовать. Одни философы причисляют её к бедам, другие — к благам. Она встроена в нас самой эволюцией, но иногда нам нужно напоминать себе, что она есть…

Надежда.

Откуда она вообще появилась? Согласно древнегреческому мифу — из ящика Пандоры, наполненного самыми разными напастями. Когда Пандора открыла ларец, подаренный Зевсом, она выпустила все беды в мир, и лишь на самом дне осталась лежать надежда.

Вокруг древней легенды не угасают философские споры. Раз надежда была в ящике с напастями, означает ли это, что она — тоже зло? Или, напротив, она — «противоядие» от негатива и трудностей, которое хранится на дне сознания и до которого нам порой нелегко добраться? Пока философы спорят о сущности надежды, учёные утверждают: она необходима нам, как воздух. Особенно в сложные исторические периоды.

2020 год для многих стал непростым временем. Планы менялись в последний момент. Свобода оказалась загнана в строгие рамки. И всё громче звучал голос неопределённости: «Что будет завтра?»

А правда, что будет? Возвращение к нормальной жизни после пандемии — процесс постепенный. Иногда кажется, что всё уже совсем «как раньше», но периодически мы замечаем приметы изменений, в том числе — в собственной жизни, голове и душе. Стоит признать, мир больше не будет прежним — и наш внутренний мир тоже. Любой кризис всегда приводит к трансформации, но кто сказал, что изменения негативны? Даже из плохих зёрен можно получить хорошие всходы.

Эволюция тысячелетиями учила нас: изменение = опасность. Именно поэтому мы склонны бояться перемен и можем иногда концентрироваться на плохом, так работают наши защитные механизмы. В то же время эволюция подарила нам определённое средство от негатива — надежду. Если в сторону «всё будет плохо» склоняется наше краткосрочное внимание, то долгосрочная память стремится к «всё будет хорошо». Поэтому мы лучше запоминаем что‑то приятное, а наши планы на будущее обычно довольно оптимистичны.

Надеяться в эволюционном смысле — значит бороться за право быть счастливым.

Многие полагают, что надежда — пассивная эмоция. Сидишь и ждёт погоды у моря. Однако исследования учёных доказывают обратное. Психолог Мартин Селигман, изучив работу страхового агентства Metropolitan Life, пришёл к интересному выводу. Все сотрудники при найме проходили специальное тестирование, выявляющее, склонны ли они надеяться на лучшее. В конце первого года работы оптимисты обошли пессимистов по объёмам продаж лишь на 8 %, но по итогам второго года опередили уже на 31 %. В итоге компания Metropolitan Life начала использовать «тест на надежду» как главный критерий при приёме на работу.

Конечно, не стоит забывать о «пустых надеждах», которые не ведут к действию и результату. Однако чаще всего надежда — позитивная и активная эмоция. Она побуждает нас обращаться к окружающему миру в поисках необходимых ресурсов. Она помогает нам строить планы на будущее и верить в их достижимость. Наконец, она служит нам опорой и утешением. Неспроста же в знаменитой песне поётся, что надежда — это компас, который указывает путь. Путь от отчаяния к радости, от чужбины к дому, от разлуки к встрече.

Мы не можем полностью отгородиться от тревожных чувств и плохих новостей, страха и стресса. Но мы можем вспомнить нечто хорошее, что случалось с нами в прошлом, или представить самый лучший сценарий будущего — и тем самым поддержать себя. А ещё мы можем, совершив усилие, сконцентрироваться на том, что наполняет наше сейчас смыслом и счастьем: дорогих людях, любимом деле, маленьких радостях. Мы можем продолжать надеяться на лучшее, каждый — по‑своему, черпать в надежде силы для действий, не опускать рук и помнить, что через тернии обязательно попадём к звёздам.

Материалы
по теме